Загадка гитары
Вероятно, никому не покажется удивительным, что исторические корни современной гитары затеряны даже не в средних веках, а в глубокой древности. Конечно, гитара мало напоминает своих далёких предков: шэн, арфу, древнегреческую кифару (которой, кстати, гитара обязана своим названием), но сам этот принцип рождения звука — натянутые струны и упругий резонатор-дека — стал известен уже в шумерскую эпоху.
Некоторые щипковые инструменты тысячелетия существовали в своём первоначальном виде и только потом начинали меняться, ибо древняя история человечества есть история интенсивных войн, а музы молчат, когда говорят пушки.
Лишь в средние века у населения Италии, Испании, Франции начали развиваться музыкальные потребности. Это сопровождалось отходом от старых форм и постоянным поиском новых, опытами с новыми материалами; некоторые изобретённые в то время музыкальные инструменты дожили и до наших дней.
Первым и главнейшим шагом в развитии гитары было появление грифа, роль которого в строении щипковых инструментов сходна с ролью колеса в механике и праязыка в филологии.
Гриф роднит такие исторически далеко разошедшиеся друг от друга инструменты классического ряда, как скрипки, гитары, мандолины, лютни, и объединяет великое множество этнических — бузуки, домры и балалайки, дутары, лиры. Сейчас вряд ли возможно точно определить время рождения грифа.
В развитии корпусов отмечались два основных направления: «ящичное» (две деки и обечайка, как, например, у скрипки и гитары) и клёпочное (дека одна, корпус набирается из клиновидных клёпок; представители — мандолина, домра и балалайка, поздний гибрид гитары и лютни — гитара-пикколо).
Ранние скрипка и гитара походили друг на друга, как родные сёстры: у гитары был вытянутый в тех же пропорциях корпус (только больших размеров), а у скрипок отсутствовали характерные защипы корпуса возле талии (они появились потому, что скрипичные мастера стали делать сборные обечайки со склейками именно в этих местах).
Различался только способ игры: на скрипках — смычковый, на гитарах — щипковый; он определил пути последующего развития этих инструментов.
Проследить развитие гитары начиная с XVI века становится проще. Известно, например, что в XVI веке для темперирования (то есть тональной разметки) грифа вместо ладов использовались оборачиваемые вокруг грифа куски жильных струн: на них и опирались струны при взятии аппликатур на грифе.
Длины ладов были рассчитаны в 1555 году Хуаном Бермудо, после чего возникла реальная возможность сделать лады неподвижными, врезанными в накладку, а игру — более удобной.
На гитарах и их ближайших родственницах — лютнях и виуэлах — стали появляться костяные и эбеновые пластинки, вклеенные поперёк накладки в качестве ладов; впоследствии эти элементы выполнялись из серебра (показательно, что сплав, используемый сейчас во всём мире для изготовления ладовой проволоки, называется нейзильбер, то есть «новое серебро»).
Следующий важный этап гитарного развития (XVI–XVII века) — установление минимально требуемого и максимально возможного количества струн. В самом деле, если струн мало, то инструмент узкофункционален, а если много — неудобен в игре, и «золотую середину» европейские мастера и исполнители искали в течение двух столетий!
Так, шестая струна появилась на гитаре только в XVIII веке (до этого были только четырёх- и пятиструнные гитары, а также шести- и семиструнные виуэлы).
Исполнители, использующие сейчас двенадцатиструнную гитару, вряд ли вспоминают, что этот инструмент родился в 1773 году (изготовлен Ван Хекке); видимо, это была попытка при акустических свойствах гитары получить «удвоенное» (октавным строем?) звучание лютни.
Большинство дальнейших попыток сводилось к уточнению удобного количества струн нижнего регистра; сюда же следует отнести и изобретение двугрифовых гитар, где на второй гриф натягивались дополнительные басы.
Гитара семиструнная (1788, Морлане), восьмиструнная (Штауфер), двадцатиструнная с тремя грифами (Мунш и Шарпантье), тридцатидвухструнная (1789, Вальехо). Этот список можно продолжить. Впрочем, уже тогда исполнители понимали, что попытки навязать гитаре фортепианный диапазон обречены и что теперь развитие гитары пойдёт в ином направлении. В каком?
Чтобы понять, для чего тогдашние мастера пробовали разное количество струн, надо сначала уяснить, какие процессы происходят в гитарном корпусе.
Пройдёт ещё очень много лет, пока Фил Спектор не докажет общеизвестную ныне истину: для достижения наилучшего воздействия на слух звуковой сигнал должен быть равномерно представлен во всём слышимом частотном диапазоне, то есть 20 Гц — 20 кГц (при звукозаписи незанятые исполнителем или исполнителями полосы могут быть даже принудительно заполнены).
Частотный диапазон гитары был достаточно узок, и его пытались расширить за счёт тонального, но до нашего времени многострунные гитары дошли разве что в составе музейных экспозиций. Нужно было что-то другое.
Как всегда бывает в таких случаях, для решения проблемы требовался не просто специалист, а одержимый гитарной идеей человек. Таким фанатиком и был Антонио де Торрес, испанский мастер середины XIX века, а решение его заключалось в веерной схеме деки.
Для пояснения сугубо гитарных процессов обратимся к сравнению, наверняка понятному любому читателю нашего журнала. Если корпус гитары представить как корпус акустической системы, то резонансная дека будет соответствовать диффузору динамической головки, голосник — отверстию фазоинвертора, а струны, видимо, — звуковой катушке.
Разница между двумя этими системами заключается в первую очередь в том, что материал деки — массивная ель резонансного (радиального) распила — обладает разным удельным сопротивлением изгибу поперёк годовых слоёв и вдоль них, а диффузор не имеет жёсткой поляризации структурных элементов параллельно поверхности и при колебаниях ведёт себя равномерно, вследствие чего теоретически наилучшая форма диффузора — круг, а наилучшая форма гитарной деки — вероятно, эллипс, длинная ось которого направлена вдоль слоёв деки.
Дека (и, соответственно, корпус) гитары как раз имеет такое удлинение, но деке необходимы элементы поперечной жёсткости, предохраняющие её от растрескивания и принимающие на себя распределённую совокупную нагрузку, возникающую при натяжении струн (от 60 до 140 кгс, в зависимости от типа и количества струн).
Главный поперечный элемент (пружина, то есть упругая рейка, приклеенная к деке изнутри) резко увеличивает прочность деки и при этом разделяет её на две зоны — акустически активную (нижняя часть) и мёртвую (от низа голосника до верхнего края деки) — таким образом, что колебания по деке распространяются только в пределах активной зоны, в середине которой находится подставка, удерживающая нижние концы струн и воспринимающая их колебания.
А поскольку для прочности деки одной поперечной пружины недостаточно, возникает необходимость ставить вторую, третью. Пока корпус гитары был ещё небольшим, схема деки состояла из двух поперечных пружин; впоследствии при увеличении размеров корпуса одна пружина добавилась, и получившаяся схема была неофициально названа «зет» (при использовании под металлические струны она надёжна, и резонансная дека применяется до сих пор).
Смысл же изобретения Торреса был в том, что в акустически активной зоне ставились пружины продольные, а не поперечные, и колебания деки с изгибом относительно слоёв не связывали.
Такая дека обладает достаточной прочностью на выгиб «волной» и одновременно мягкостью, обеспечивающей хорошие низкие частоты, что очень важно при игре на неметаллических струнах (раньше они были жильные или шёлковые, сейчас — нейлоновые).
Появление веера Торреса и особенно его развитие, заключавшееся в увеличении количества веерных пружин от трёх до пяти и даже семи и в изменении углов их взаимного расположения, вызвало переворот в гитарном деле.
Гитара обрела огромный частотный диапазон, а поскольку тональный в 3,5 октавы и динамический она уже имела, то с этого времени гитара стала одним из самых живых, разнообразных по звучанию и многофункциональных инструментов и значительно расширила свои позиции в музыке. Если вначале гитару использовали для сольной игры, а также для сопровождения в небольших камерных составах, причём было далеко не безразлично, каким инструментам она помогает, то теперь стало возможным использовать гитару практически с любыми инструментами, потому что с расширившимся и выровнявшимся её спектром сочетался уже какой угодно инструмент и какая угодно музыка.
А развитие гитары продолжалось.
Появились особые инструменты гитарного ряда, нашедшие себе применение в гитарных ансамблях и оркестрах: гитара-контрабас (практически это контрабас гитарной формы и гитарной расцветки, имеющий не темперированный, безладовый гриф и опорный шток внизу), гитара-пикколо (короткомензурная широкогрифая двенадцатиструнная помесь с клёпочным корпусом мандолинного типа, но имеющим гитарную талию).
Далее, поскольку гитара есть гармонический инструмент (то есть на ней можно сыграть одновременно столько нот, сколько она имеет струн), напрашивается её использование в ритмико-гармонической функции; если же несколько ритмических гитар играют разные ритмические фигуры, кратные одному исходному ритму, то возникает эффект многоритмия (всё это, вместе с гитарой-контрабас и гитарой-пикколо, имело и имеет широчайшее распространение, например в странах Латинской Америки).
Появилась и сразу стала популярной у исполнителей ряда стилей гитара с неприталенным корпусом — отсутствие талии дало особую низкочастотную тембровую окраску, удобную в сопровождении с акцентированным басом; этот тип корпуса стал называться «вестерн» или «дредноут».
Увеличенные корпуса эстрадных вариантов гитар, как правило, назывались «джамбо». Различные корпуса с флажолетным вырезом (позволяющим свободно использовать верхнюю часть грифа), удобные для сольной игры в джазе, блюзе и т. п., получили название «гутэйвэй». Казалось, из идеи гитары выжато абсолютно всё.
Очередной виток развития гитары был вызван часто возникающей необходимостью звукоусиления с помощью концертной и звукозаписывающей аппаратуры.
Вначале, как водится, к деке подставляли микрофон; потом родилась идея крепить микрофоны внутри корпуса (по этой технологии и сейчас работает фирма «Takamine»).
Но такой способ съёма звука иногда приводил к неожиданным последствиям — усиление отражённых внутри корпуса волн делало картину гитарного звука часто неопределённой, размытой; кроме того, в усилитель попадали даже звуки пищеварительного тракта исполнителя (!).
Другое решение предлагал другой путь — электрогитара, дитя технического прогресса 30-х годов: индуктивный звукосниматель с подавлением фона (хамбакер) со специально подобранными характеристиками.
Сразу же был очерчен круг использования такого звукоснимателя в акустических гитарах: только металлические струны (нейлон не ферромагнитен, и его колебания уловлены не будут) и, в основном, сопровождение (в звуке отсутствуют характерные обертоны призвона, так ценимые любителями всех окологитарных жанров).
Хорошим помощником акустической гитаре стал пьезокерамический датчик; полученный с помощью гитарной керамики звук обладает широким частотным спектром и абсолютно конкретен — гитара узнаваема, прекрасно воспринимается, и можно требовать лишь некоторой частотной обработки (подавления средних частот).
Многие фирмы, изготавливающие адаптированные, то есть снабжённые датчиками, акустические гитары, начали ставить на инструменты активную электронную схему (фильтр).
А отсюда было недалеко и до идеи фирмы «Оватон»: в акустическом режиме гитара «Оватон» бесполезна, поскольку изготовлена из пластмасс (углепластика, стеклографита и т. д.), но после подключения в электронный усилительный тракт приобретает мощное и ясное звучание, которым обязана системе керамических датчиков и активной схеме.
Здесь мы не рассматриваем историю возникновения и развития ближайшего родственника акустической гитары, имя которому — электрогитара. Этот инструмент во много раз моложе своего предка, но имеет довольно бурную биографию, которая могла бы стать темой отдельной статьи.
Пожалуй, их и не нужно ставить рядом: область применения электрогитары гораздо уже, это инструмент совсем другой и в обращении, и в ощущении, и нескоро ещё электрогитара будет значить для музыки всех стилей и жанров столько, сколько сейчас значит самый строгий и самый демократичный, старинный и вместе с тем молодой инструмент — акустическая гитара.
